Читать онлайн “Дядя” – RuLit – Страница 1

«живых людей… пилили двуручной пилой…»

Садисты из партизанского отряда Рогова считали себя большевиками! В 1919 году они зверски замучили 2000 человек, четвертовали живых и отрезали им половые органы! Новокузнецкие власти перед юбилеем города опубликовали воспоминания члена банды Рогова! В редколлегии книги – мэр города Новокузнецка и его заместитель!

В мирном и тихом городе Кузнецке (ныне Читать онлайн "Дядя" - RuLit - Страница 1Новокузнецке) в декабре 1919 года произошла неслыханная трагедия. После относительно спокойного «белого» правления колчаковцев, когда действовали и суды, и адвокатура, и порядок был, в город вломилась орда партизана Рогова, промышлявшая грабежами и насилиями. В городе проживало 3000 человек. Осталась в живых около половины.

Большевистская ориентация членов отряда Рогова в двадцатые годы, еще по горячим следам гражданской войны, практически никем не оспаривалась. В государственном архиве Кемеровской области мы нашли несколько партийных дел на тех роговцев, которые в 20-30-е годы занимали видные должности в крае. Уже будучи при партбилетах, они получали от советской власти подарки по случаю 10-летнего юбилея революции в 1927 году. Они были в почете и у всех на виду. Например, садист Кузнецов, который собственными руками убил ни в чем не повинного священника села Атаманова (близ Новокузнецка), заведовал почтамтом в Томске и вспоминал об убийстве как о ярком «революционном» поступке. Садистским прошлым гордились и ставили его себе в заслугу!

Между тем, интеллигенция двадцатых годов была настроена к роговцам менее добродушно. Известнейший писатель В. Я. Зазубрин, который будет расстрелян в 1938 г., в альманахе «Сибирские Огни» поведал о масштабах кузнецкой трагедии. Им же была озвучена цифра: 2000 погибших. Возможно, в эту цифру входили убитые не только в Кузнецке, но и в окрестных деревнях.

По данным Кузнецкого райкома ВКП(б), приведенных в бумагах спустя шесть лет после трагедии, собственно в городе убито было 800 человек. О 700 погибших кузнечан сообщает в 1923 году газета «Советская Сибирь».

Изуверы

Очень известный журналист 1920-х годов Андрей Кручина в очерке «В глухом углу, в Кузнецке» (1923) Читать онлайн "Дядя" - RuLit - Страница 1сообщает: «Имя партизана Рогова надолго останется в памяти населения Кузнецкого округа… Со своими «молодцами» он чинил суд-расправу над всеми, у кого нет на руках мозолей… Не вешал, не расстреливал, а просто отрубал голову всякому, кто, по его мнению, «враг народа». В Кузнецке Роговым отрублено семьсот голов. Разбиты наголову учреждения, все бумаги в учреждениях, книги – все предано огню. Разрушены или сожжены все церкви и дома богатеев… Печать роговщины до сих пор лежит на Кузнецке. Почти четвертая часть домов в городе зияет черными впадинами вместо окон…».

Итак, даже спустя четыре года город не мог оправиться от разрушений, нанесенных роговской ордой!

Журналист Кручина, впрочем, о расправах с местным населением знал отнюдь не все. В сибирской периодике двадцатых годов упоминается несколько методов умерщвления, которые практиковал Рогов. Помимо отрубания голов, весьма распространенным было четвертование, сжигание живьем вместе с домами, распиливание живых двуручной пилой. Воображение подсказывало роговцам самые изуверские способы расправы. Например, купчихе Акуловой, когда ее пытали в стенах Преображенского Собора, воткнули в живот толстую рублевую свечу.

Один из самых образованнейших культуртрегеров Сибири своего времени, краевед Дмитрий Тимофеевич Ярославцев, чья коллекция послужила основой для организации в Кузнецке городского краеведческого музея после его смерти, был очевидцем роговщины. Его рассказ передает в 1926 году журналист М. Кравков. Ярославцев рассказывает, как людей зарубали шашками: «Иду я мимо двора какого-то склада. Ворота настежь, на снегу лужа крови и трупы. И в очереди, в хвост, стоят на дворе семь или восемь человек – все голые и ждут! По одному подходят к трем-четырем роговцам. Подошедшего хватают, порют нагайками, а потом зарубают. И тихо, знаете, все это происходило, и человек начинал кричать только тогда, когда его уже били или принимались рубить…».

«Дарю пилу на историческую память…»

В общем, роговцы упражнялись в искусстве пыток кто во что горазд. А как же совесть? При советской власти роговцы жили в Кузнецке. Как они смотрели в глаза оставшимся в живых?

Вот, например, Ф. Волков специализировался в отряде Рогова на распиливании живых людей. В этом деле ему активно помогала жена. Писатель Зазубрин после войны встретился с Волковым. Сожалел ли Волков о содеянном?

Отнюдь! Волков не просто был уверен в своей правоте. Он гордился своим прошлым, и даже попросил Зазубрина передать в Новониколаевский (новосибирский) краеведческий музей «на историческую память» ту самую двуручную пилу, которой он казнил приговоренных к смерти.

Более того. Участников партизанских садистских оргий по новым советским порядкам практически нельзя было подвергнуть наказаниям, их оберегал специальный Закон об амнистии. Это колчаковцев расстреливали «пачками», и в Кузбассе по сю пору, к примеру, невозможно реабилитировать некоторых беляков, вины коих были совсем неочевидны (о слушании одного такого «дела» в Кемеровском областном суде в декабре 2002г. мы еще расскажем читателю). Партизаны же пользовались особой защитой власти. Очевидно, потому, что власти 20-30-х годов чувствовали идейное родство с изуверами. И это несмотря на то, что наиболее видные деятели культурного фронта 20-х годов (Зазубрин, Кравков, Ярославцев, Кручина и др.), как уже было сказано, выступили в прессе с резкими оценками роговщины как явления.

Партийное задание

Но вот минула сталинщина.

И за деяния роговцев советской власти стало стыдно.

Не может партизан-большевик пилить людей двуручной пилой! Не может партизан-большевик четвертовать беззащитных стариков и женщин!

Профессору-историку Кадейкину из Кемерова дали партийное задание: представить дело так, что партизанский отряд Рогова был не большевистским, а просто бандитским. Анархистским. Допускалась также и такая версия: был, дескать, отряд большевистским, но в декабре 1919 года вдруг «испортился» под влиянием уголовного элемента, нечаянно выпущенного из кузнецкой тюрьмы, и стал бандитским. И, стало быть, большевики тут не при чем.

И ребенку понятно, что концепция эта грешила против истины. Потому что непонятно было, что тогда делали в отряде Рогова известные в крае большевики, которые почему-то не покинули отряд в момент кузнецкой резни, и почему они оставались при партбилетах в советское время, и почему власть осыпала в 20-30-е годы бывших роговцев наградами и милостями?

Да и роговцы ведь в 70-е годы еще живы были! Они возмутились: мы при партбилетах, как смеет какой-то Кадейкин из Кемерова называть отряд бандитским и анархистским! И получился скандал и конфуз. Бывшие роговцы стали писать воспоминания о том, какими они были хорошими большевиками! Всячески стараясь отмежеваться от содеянных гнусностей, они в своих воспоминаниях пытались свалить всю вину за массовую резню в Кузнецке на некий уголовный элемент, никакого отношения к роговскому отряду не имевшему. Однако какая им могла быть вера, коли в статьях 20-х годов самые авторитетные в крае публицисты в один голос заявляли: бесчинства совершали именно роговцы! В самом деле – спорить с Дмитрием Ярославцевым, очевидцем тех событий, бесполезно. Он – сторонний наблюдатель. Какой ему был смысл приписывать деяния уголовников роговцам?

Зазубрин же не просто беседовал в 1925 году с роговцами. У того самого Волкова, который пилил людей живьем, он взял не только пилу «на историческую память», но и расписку, и привел ее текст в своем очерке! Таким образом, Зазубрин документально доказал участие в резне именно роговцев.

«А нельзя ли сжечь эти документы?…»

В общем, роговцы забеспокоились. Робкими публикациями Кадейкина, основанными на умолчаниях, были, конечно, недовольны. Однако основной посыл Кадейкина контраргументировать было трудно. Действительно, как быть с тысячами замученных?

В воспоминаниях роговцев, написанными в брежневскую пору, этот довод «разбивается» по-детски: не мучили мы! Мы справедливо казнили 20 человек!

Таким образом, количество убиенных прямые участники роговкого геноцида в своих воспоминаниях занижали в сто раз!

Но как быть с документами? Как быть со свидетелями? Как быть с теми же показаниями «пилившего пилой» Волкова? Очень они оказались роговцам неудобными. Поэтому нам, например, понятно, почему один роговец, убеленный сединами, уже в перестроечные годы бегал по музеям и спрашивал: а нельзя ли «нехорошие» свидетельства уничтожить?

Но как уничтожить подшивки «Сибирских Огней»? Как расправиться с текстами статей Кравкова и Кручины, которые переизданы в книгах уже в наше время?

Апологетам роговщины оставалось только злиться. Они писали гневные письма в редакции газет. Последнее такое письмо датировано 1998 годом. Некий новокузнечанин принялся спорить с писателем Зазубриным, которого не было уже в живых 60 лет. Набор аргументов все тот же: роговцы были убежденными большевиками и уничтожили только 20 человек.

Свое отношение к роговщине высказал и всем известный в Кузбассе журналист Попок. В ходе опроса общественного мнения, проводившегося газетой «Кузнецкий Край» в 2000 году, он заявил, что считает партизана Рогова «человеком века». Не знаем, согласились бы с Попком потомки изуверски замученных…

«Человек века»

«Человек века»… Конечно, каждый имеет право на точку зрения. Кому-то нравятся садисты, а лично мне импонирует тот священнослужитель из села Атаманово, который, зная об атеистических пристрастиях партизан, принял мученическую смерть за веру от руки большевика Кузнецова, сподвижника Рогова.

Апология роговщины, ее активная защита даже сегодня – для нас уже давно не новость. Вот почему мы не удивились, когда две недели назад получили номер краеведческого альманаха «Кузнецкая Старина», посвященный 385-летнему юбилею города Новокузнецка. В нем содержатся обширные воспоминания одного из роговцев, который был недоволен в брежневские времена писаниями профессора Кадейкина. Роговец пишет, что он и его товарищи были истинными большевиками, и что практически никаких насилий роговцы в Кузнецке не совершали.

Сия статья была предварена небольшим комментарием, в котором указывалось на возможную спорность воспоминаний. Однако ни слова – ни о подлинных масштабах резни, ни о изощренных пытках, ни об идейных воззрениях роговцев, ни о свидетельствах виднейших представителей интеллигенции края в 1920-х годах, разоблачивших изуверскую подноготную Рогова. И получилось не критическое отношение к прямой защите уголовщины, а ее пропаганда устами сотоварища Рогова!

Ничего не скажешь, хороший подарок к юбилею города преподнесла редакционная коллегия альманаха! В которую входят, заметим, мэр города С. Д. Мартин и его заместитель.

Жертвы взывают

Почему оказался таким стойким культ Рогова в наших краях? Почему так популярен изощренный садизм? Почему этот неафишируемый культ востребован среди интеллигенции и чиновничества? Почему наши предложения хоть как-то отметить 80-ю годовщину роговской резни в Новокузнецке в 1999 году никого не воодушевило? Почему на стенах отреставрированного ныне Спасо-Преображенского собора до сих пор не висит памятной таблички? Ведь это было основным местом пыток. Писатель Зазубрин, посетив собор в 20-е годы, писал о запекшейся крови на его плитах, ее невозможно было оттереть даже спустя шесть лет после трагедии!

А где памятный знак на месте бывшего кладбища в Новокузнецке? Роговцы издевались над могилами, переворачивая плиты тыльной стороной верх. Большевики завершили начатое Роговым дело: кладбище снесли и разбили на его месте Сад Алюминщиков с танцплощадкой. А ведь именно на этом кладбище похоронены жертвы роговской резни.

Иные скажут: чиновники не хотят ворошить прошлое. Но, может, как раз наоборот – хотят, еще как хотят! Не просто хотят – издают панегирики роговцам, дают деньги на пропаганду роговских «воспоминаний», готовы записать Рогова в «герои минувшего века», «не замечают» просьб увековечить память жертв партизанщины.

Возникает стойкое ощущение, что нынешние власти чувствуют генное родство со своим предшественником, который ведь тоже был – властью, именно с него началась эра большевистского правления в Кузнецке и его окрестностях, а то, что мы по сю пору одной ногой в «тоталитарном» прошлом, о котором открыто сегодня ностальгирует кузбасское чиновничество, спонсирующее массовый выпуск литературы соответствующей направленности, – кто бы сомневался…

Сейчас читают:  Оргстекло: чем резать в домашних условиях

***

Сегодня мы часто слышим о диких насилиях, о маньяках. В том же Новокузнецке известный маньяк Спесивцев перед тем, как умертвить жертву и сделать из ее мяса пельмени, получал удовлетворение от пыток. Создается впечатление, что садизм дает маньякам ощущение свободы. Свободы от совести, от законов, от условностей. У них возникает чувство, что они правят миром. В 1919 году, по-видимому, именно такой «свободой» упивались роговцы.

Однако никому сегодня не приходит в голову восхищаться садистскими подвигами Спесивцева. В этой связи действительно непонятно, почему известные в крае лица ведут себя двусмысленно: с их легкой руки Рогов аттестуется как человек положительный, или даже как «человек века», хотя деяния его во сто крат более кровавые, чем в случае со Спесивцевым. Что это – затмение разума? Или властями вновь востребован культ «сильного человека», который «наведет порядок», и вряд ли имеет значение, каким именно способом: запугиванием прессы, подтасовками выборов, или двуручной пилой – какая разница? Рогов – фигура знаковая. Сказано же: «человек века»…

Вячеслав ТОГУЛЕВ.
Сентябрь 2003г.

http://www.kuzbasshistory.narod.ru/Ist_Pub/Text/20_30/Rogov.html

Читать онлайн “дядя” – rulit – страница 1

Дядя

Мы с сестрой рано остались одни, наши родители погибли в автокатастрофе, и на воспитание нас взял брат отца, наш дядя. Дядя Коля был женат на тёте Вале и у них не было своих детей. К нам они стали относиться очень нежно и хорошо, что порой забывалось, что они не родители. К тому времени мне исполнилось тринадцать а сестре шестнадцать. Ещё раньше мы с сестрой часто разглядывали порнографические снимки в журналах, но это было украдкой и тайком от родителей. Всегда нам хотелось познакомиться поближе с тайными пороками, но у нас в семье было строго и поэтому всё оканчивалось только снимками в журналах. Девочки в школе уже шептались о мальчиках, особенно в старшем классе где училась сестра, а мы всё стеснялись и не могли встречаться с мальчиками. Однажды, когда тётя уехала по делам фирмы в другой город, мы остались одни с дядей. И все заботы он взял на себя. Вечером когда я мылась в ванной, он неожиданно вошел. Сначала я испугалась, но дядя объяснил, что его пугаться не стоит так как он уже взрослый и всё видел, а он хочет помыть мне спину, так как это делала раньше тетя. Я успокоилась, и дядя взяв мочалку стал намыливать мне спину. Делал он это очень нежно и осторожно и мне стало нравиться как дядя моет меня. Постепенно дядя спускался всё ниже и ниже, и когда он стал мыть у меня попку, у меня почему-то зачесалось между ног. Это бывало со мной и раньше, когда я с сестрой смотрела снимки обнаженных людей. Дядя заставил меня встать и стал мыть уже спереди. Он намылил мне груди и тщательно их вымыл, затем он стал намыливать у меня между ног, и у меня всё похолодело внутри. Я была не жива не мертва, мне так было приятно, что дядя меня моет, особенно эти новые для меня ощущения. Какой-то холодок будоражил меня и мне хотелось, чтоб дядя не переставал тереть меня. Вдруг дядя взял и поцеловал меня сначала в попку а затем и в письку, и сказал, что я очень сладкая девочка. Меня как током ударило. И так мне захотелось, чтоб дядя меня поцеловал ещё, что я начала капризничать, сказав, что я ещё хочу помыться. Дядя заулыбался, и вынув меня из ванны стал обтирать меня всю полотенцем. Он обтирал и целовал меня всю, и мне было хорошо, особенно когда дядя стал целовать мне мою киску. Он целовал как-то смешно, каждый раз своим языком касался моих промежностей. Наконец закончив меня обтирать он сам надел на меня мои трусики, и накинув сверху халат, велел идти к себе в комнату. В комнате я всё подробно рассказала сестре. Сестра, сказала, что это здорово, и жалко, что она уже взрослая ведь дядя наверно не будет мыть её. Но я сказала сестре, что она должна попросить дядю, ведь раньше нам всегда помогала мама или тетя. Сестра сказала, что попробует и пошла в ванную. Я осталась одна и представила опять, как дядя мылит меня и целует между ног. Я опустила руку себе между ног и принялась там тереть, представляя как будто это дядя. Мне было так приятно и здорово, но внезапно я почувствовала, что моя рука стала мокрой, я взглянула и увидела, что вся моя киска стала мокрой и мне доставляла удовольствие тереть как раз по мокрому месту. И я стала продолжать ласкать свою письку. Я лежала на кровати под одеялом, когда пришла моя сестра, она была вся красная и возбужденная. Она сказала, что дядя так ласкал её, что она даже чуть не потеряла сознание. Мы сели на мою кровать, и стали рассказывать друг другу об своих впечатлениях. Вечером мы решили подсмотреть за дядей, чтоб увидеть его голым. Когда в комнатах всё затихло, мы с сестрой, тихонько подошли к двери дядиной комнаты. Она была приоткрыта, и мы заглянули туда. Дядя лежал на кровати, ночник был включен, и нам всё хорошо было видно. Он был голым, и одной рукой он держал свой член, водя ей верх вниз. Так близко мы ещё не видели мужской член. Там на картинках было не то, здесь рядом через дверь лежал дядя теребя свой член. Был он толстым и большим. На нем были видны даже вздувшиеся вены. Толи от неосторожности, толи от того, что мы сильно возбудились., но факт то, что мы открыв дверь лбами, ввалились в комнату к дяде. Дядя на минуту остановил своё занятие, но затем улыбнулся нам, и сказал, чтоб мы подошли к нему. Он заставил сесть к нему на кровать и спросил нас о том, имели ли мы связи с мальчиками. Получив отрицательный ответ, он спросил а видел ли мы живой мужской член. Мы закачали головами, тогда он усадил нас по обе стороны от него и заставил нас раздеться. Мы засмущались, но дядя успокоил нас, ведь он наш дядя, и его бояться не чего, ни чего плохого он нам не сделает. Мы скинули с себя халатики и трусики, и уселись на кровати. Дядя взял наши руки и положил себе на свой член. Я зажала его ладонью и почувствовала, что он очень теплый и твердый. Дядя заставил ощупать весь его член полностью, он показал как можно с ним играть, ведь он то одевался то раздевался. Кожица на нем покрывала головку полностью, но стоило нам чуть надавить на неё и кожица слизала с ней обнажая головку полностью. Дядя сказал, что если мы поцелуем его письку он покажет нам ещё чего-то. Мы с сестрой переглянулись. На снимках мы видели как это делается, и поэтому смело взялись за дело. Сначала я взяла и поцеловала его прямо в головку, затем открыв рот взяла в рот. Мне стала как то очень хорошо от сознания, что я сосу член мужчины. Поначалу я взяла зубами, но дядя объяснил, что этого делать не следует и показал как мне нужно сосать его член. Сестру он заставил присесть над его лицом, так, чтоб он смог начать ласкать ей её письку. В моей пещерке зачесалось, когда я видела как дядя стал лизать у ней. Он погружал язык внутрь её киски и водил там им взад вперед, затем вытаскивал его и принимался целовать губами её половые губы. Между ногами у меня всё так стало мокро и мене так захотелось, чтоб дядя тоже меня полизал там. Но я продолжала сосать дядин член, и я видела, что дяди это очень нравиться, так как он всё время дергался. Сестра млела сидя над дядином ртом. Я посмотрела на её пещерку и увидела , что из неё вытекает соки, которые сразу же слизывает дядя. Между тем дядя расположил нас уже по другому, мы с сестрой легли рядом с дядей и стали по очереди лизать его яйца и сосать его член. Пока сестра лизала ему яйца, я, как соску, сосала член, затем мы менялись местами, и теперь уже я лизала у него яйца, а сестра сосала. Нас это так завело и понравилось, что мы забыли об всем. Ну а дядя, подвинув наши попки поближе так, чтоб наши влагалища расположились друг напротив друга и как раз над его ртом. И он так принялся одновременно лизать и целовать у нас наши киски, что у нас с сестрой впервые по настоящему случился оргазм. Когда он случился я чуть не потерял сознание, и когда я очнулась, то увидела, что дядя сидит на корточках над сестрой и сам быстро-быстро водит рукой по члену. И тут из него полилась струя беловатой жидкости, похожей на сгущенку, как объяснил дядя это сперма, её мужчина выпускает когда он испытывает оргазм и её можно пить. Он собрал свою сперму с груди сестры в ладони, и поднес ко мне. Чтоб я не боялась, для начала он сам лизнул сперму, и показав, что в этом нет ни чего плохого, заставил и меня лизнуть у него с ладони. Я впервые попробовала сперму мужчины и мне надо сказать, что понравилась. Сестра увидев всё это, до конца слизала всё с руки. Дядя заулыбался и сказал, что в следующий раз он даст нам попробовать прямо в рот, это ещё интереснее. Мы лежали на кровати смеялись и переговаривались между собой. Дядя трогал нас своей рукой и говорил, что у нас красивые груди и очень красивые письки.

Пока он трогал нас мы опять возбудились, и увидели, что дядя тоже возбудился. У него опять стоял торчком. Он нас попросил, чтоб мы попробовали ещё одну позу. На этот раз дядя решил лишить нас девственности. Первой была сестра, чтоб мне было удобнее видно, я села возле лона сестры. Дядя раздвинул ноги сестры, а пальцами раздвинул лепестки её пещерки. Подвинув её к краю кровати, он встал на колени возле неё. Его член расположился как бы снизу от входа в её киску. Дядя, обнажив головку на своей письке, стал осторожно вводить внутрь. Мы с сестрой знали, что в первый раз бывает больно, но потом становиться очень приятно. Сестра напряглась, и тело её выгнулось, глаза широко раскрылись. Я видела как дядин член постепенно исчезает внутри сестры. сначала головка, затем исчезла бровка вокруг головки, когда стал входить ствол члена, сестра как то вскрикнула, и вцепилась в меня, и мне стало страшно. Но дядя успокоил, сказав, что сейчас сестра стала женщиной. А я продолжала смотреть во все глаза как, дядин член то исчезал, то появлялся вновь. Когда он в очередной раз вытащил свой член, я увидела, что он покрыт какой то слизью и кровью. Из влагалища сестры сочилась небольшая струйка крови. Дядя сказал, что чтоб посвящение было полным, сестра должна облизать его член. И я увидела как сестра безоговорочно взяла перемазанный член и стала облизывать. Когда всё было закончено и дядин член блестел от слюны сестры, дядя спросил меня, не хочу ли я полизать у сестры её киску. Я отрицательно замотала головой. Тогда дядя улыбнулся, и сказав, что я ещё глупая, принялся слизывать всё что было вокруг пещерки сестры. он так тщательно всё это сделал, что когда он встал, то влагалище сестры было чистым. Пока он лизал сестру, она извивалась как уж и очень громко стонала. По внешнему виду было видно, что сестре очень нравиться происходящие. И тогда я пожалела, что не согласилась с дядей. Наконец настала моя очередь. Со мной дядя поступил по другому. Он взял меня на руки, и велел мне обхватить его руками за шею, а ногами обхватить дядино туловище. Таким образом, дядин член оказался снизу как раз напротив моей киски. От всего этого я почувствовала огромное возбуждение. Снизу, я киской, чувствовала упирающую в неё головку члена дяди. Мне стала так чертовски хорошо, что я отпустив чуть-чуть ногами, стала сползать, на подставленный дядиной рукой, его большой член. И тут я почувствовала боль внутри киски, но подняться верх мне было невозможно, и я медленно сползала вниз. Острая боль пронзила меня, и я вскрикнула. Дядя стал целовать меня, называя при этом лаковыми именами. Руками он приподнял меня и опять медленно опустил вниз. Я чувствовала как дядин член полностью исчезает во мне, и как упирается там во что-то ещё. И тут боль стала сменяться чем то необыкновенно приятным. В моей голове зашумело и в глазах всё поплыло, я как во сне видела как дядя продолжает меня целовать, как сестра встала и стоит рядом и подбадривает меня. Так хорошо мне ни когда не было. Наконец дядя уложил меня на кровать и как мою сестру спросил, готова ли я до конца пройти обряд посвящения. Я кивнул головой. И он приблизил к моему рту свой член. Он был весь в моей крови и слизи которая вытекала из пещерки. Я не раздумывая, зажмурив глаза стала облизывать его. Я полностью взяла его в рот и там языком пыталась его облизать. Сестра легла возле моей пещерки и дядя помог ей правильно начать меня облизывать. Сколько это продолжалась я не помню, только очнулась я, когда, дядя, поставив меня с сестрой рядом, стал лихорадочно дергать рукой по своей письке. Из неё брызнул фонтан спермы, он залил нам с сестрой всё лицо и рот. И мы стали слизывать и глотать дядину сперму как могли. Дядя называл нас маленькими пташками, и похвалил за умелую работу, тем что стал целоваться с нами. Так мы и стояли втроем рядышком и целовались. Я уже не помню как уснула в эту ночь. Утром, когда я проснулась и открыла глаза, то увидела я лежу рядом с дядей. Моя голова лежит у него на плече, а моя левая нога переплелась с дядиной ногой. Сестра лежит с другого бока, а её голова покоится на груди дяди, между её ногами лежит другая дядина нога. Короче говоря нечто клубка переплетенных ног. Я улыбнулась от увиденного, но тут мой взгляд привлек дядин член. Он стоял напряженный и неподвижным. Я подползла к нем и сразу взяла его в рот. От прикосновения дядя проснулся, и сказал, что я умница, что так всегда надо делать, с тем кого любишь. Сестра тоже проснулась, потянулась, и уставилась на меня. Она сказала, что мы очень не плохо провели время, но сейчас надо в школу. Я разочарованно перестала сосать и стала одеваться. Но не тут-то было, дядя встал, и сказав, что он хочет сам нас одеть, принялся одевать трусики сестре и мне. Когда он это делал, то целовал нас в самую щелку. Особенно мне понравилось, когда дядя целовал внутреннею поверхность бедер. Он одел на нас юбочки и блузки. И только потом, хлопнув по попке отправил на кухню завтракать. Завтракали мы шумно, всё время мы хохотали и веселились, вспоминая, то, что было ночью. Дядя сказал, что есть ещё несколько способов достижения верха блаженств в сексе. И он покажет их сегодня. Мы удивились, ведь сегодня должна приехать тётя. Но дядя сказал, что тётя не плохая и, что он тоже может доставить массу приятных минут. На этом мы и порешили, и с сестрой пошли в школу. Вечером, когда мы пришли, тётя была уже дома. Она возилась на кухне, и поздоровавшись с нами поцеловала в щеку. Войдя к себе, мы увидели на кровати новые журналы с картинками и записка от дяди. В ней говорилось, чтоб мы ознакомились с ними, так как нам много предстоит познать сегодня вечером, когда мы будем по журналу изучать позы любви. Картинки в журнале были красочные. На одной из низ две женщины целовали друг друга, а их руки ласкали киски друг друга. На другой эти женщины уже лизали друг у друга. Мы листали журналы и чем больше мы смотрели, тем сильнее заводились, наконец я не выдержала и предложила сестре попробовать несколько поз из журнала. Сестра сказала, что она давно хочет уже этого, но боялась меня попросить об этом. Сестра села на кровать и задрала юбку. Беленькие трусики сестры ещё сильнее возбудили меня. Я оттянула их край, и опустившись подле неё, стала языком лизать её влагалище. Сестра застонала, а я почувствовала как соки сестры засочились внутри неё и выступают наружу. Их я и стала слизывать, к тому времени и моя киска тоже увлажнилась, и чтоб, как то успокоить себя, я принялась тереть там рукой. И тут к нам в комнату вошла тётя. Увидев нас она страшно заругалась, она сказала, чтоб мы сейчас же прекратили делать это. И пока не вернется дядя мы должны будем подвергнуться наказанию. Тётя заставила нас полностью раздеться, затем она принесла какие-то странные трусики, внутри них были усики, и когда мы одели их они принялись щекотать наши киски. Малейшее движение доставляла нам необычное наслаждение. Моя киска намокла и сок струился по ногам. Сестра была вся взмокшая от этого. Тётя проводила нас на кухню, и усадив за стол, продолжила приготовление ужина. Мы с сестрой млели на глазах. Маленькие груди сестры стояли торчком, и она украдкой время от времени терла их. У меня хотя груди только обозначились но тоже горели, но я сидела ближе к тёте и поэтому боялась их трогать. Наконец вернулся дядя, увидев нас в таком виде он улыбнулся, и приподняв халат сзади у тёти, показал, что и у тёти надето. Оказалась тётя носит такие же трусики, какие она надела на нас. И тут дядя с тётей объяснили нам, что эти трусики для возбуждения женщин, когда рядом нет мужчин. Надо только к ним немного привыкнуть. Мы все сели ужинать, я сидела рядом с дядей и сестрой, напротив меня сидела тётя. Мои бедра касались дядиных, и мне от этого становилось особенно хорошо. Наконец после ужина мы пошли в уже знакомую комнату. Там дядя разрешил нам снять эти трусики. Сначала он приказал сестре раздеть тётю, а я должна была раздеть дядю. Сестра скинула с тёти халат и мы увидели большие великолепные груди. Несмотря на вес они тоже стояли торчком. Тётя опустила голову сестры вниз, и сама стянула с себя трусики. И тут я увидела, что у тети очень чисто выбрито. Увидев, что мы с сестрой смотрим на её безволосую киску, тётя засмеялась. Это для того, чтоб лучше ласкать там. Ведь волосы мешают ласкам языком. А ведь это самое чувствительное место так приятно подолгу ласкать. Сестре тётя сказала, что ей тоже уже надо бриться, а мне можно повременить. Все эти разговоры, и вид обнаженный тёти, окончательно раззадорил нас. Я стала быстренько снимать дядины брюки. Его могучий член немедленно вылетел из тесноты брюк на волю, и встал в боевую готовность. Сестра уже лизала у тёти влагалище, когда я наконец раздела дядю. Дядин член болтался возле моего рта, и я его открыв полностью поглотила весь дядин жезл. Мне даже показалось, что он вошел куда-то в горло. Оказалось, что да, но дядя больше так не вставлял глубоко уже свой член. Он боялся, что я по не опытности задохнусь. Я сосала у дяди, а он пальчиками возбуждал мою киску. Сестра с тётей уже сидели рядом и руками старались побольше возбудить пещерки. Дядя поставил меня на четвереньки и встав сзади вошел в мою киску, которая давно уже сочилась. Он долбал меня с большой скоростью и поэтому оргазм пришел ко мне быстро. Я упала и застонала. Тётя подползла ко мне и стала слизывать, то что вытек

Сейчас читают:  Бензопилы Хускварна (Husqvarna) 137 — характеристики, регулировка

§

мне стало страшно. Но дядя успокоил, сказав, что сейчас сестра стала женщиной. А я продолжала смотреть во все глаза как, дядин член то исчезал, то появлялся вновь. Когда он в очередной раз вытащил свой член, я увидела, что он покрыт какой то слизью и кровью. Из влагалища сестры сочилась небольшая струйка крови. Дядя сказал, что чтоб посвящение было полным, сестра должна облизать его член. И я увидела как сестра безоговорочно взяла перемазанный член и стала облизывать. Когда всё было закончено и дядин член блестел от слюны сестры, дядя спросил меня, не хочу ли я полизать у сестры её киску. Я отрицательно замотала головой. Тогда дядя улыбнулся, и сказав, что я ещё глупая, принялся слизывать всё что было вокруг пещерки сестры. он так тщательно всё это сделал, что когда он встал, то влагалище сестры было чистым. Пока он лизал сестру, она извивалась как уж и очень громко стонала. По внешнему виду было видно, что сестре очень нравиться происходящие. И тогда я пожалела, что не согласилась с дядей. Наконец настала моя очередь. Со мной дядя поступил по другому. Он взял меня на руки, и велел мне обхватить его руками за шею, а ногами обхватить дядино туловище. Таким образом, дядин член оказался снизу как раз напротив моей киски. От всего этого я почувствовала огромное возбуждение. Снизу, я киской, чувствовала упирающую в неё головку члена дяди. Мне стала так чертовски хорошо, что я отпустив чуть-чуть ногами, стала сползать, на подставленный дядиной рукой, его большой член. И тут я почувствовала боль внутри киски, но подняться верх мне было невозможно, и я медленно сползала вниз. Острая боль пронзила меня, и я вскрикнула. Дядя стал целовать меня, называя при этом лаковыми именами. Руками он приподнял меня и опять медленно опустил вниз. Я чувствовала как дядин член полностью исчезает во мне, и как упирается там во что-то ещё. И тут боль стала сменяться чем то необыкновенно приятным. В моей голове зашумело и в глазах всё поплыло, я как во сне видела как дядя продолжает меня целовать, как сестра встала и стоит рядом и подбадривает меня. Так хорошо мне ни когда не было. Наконец дядя уложил меня на кровать и как мою сестру спросил, готова ли я до конца пройти обряд посвящения. Я кивнул головой. И он приблизил к моему рту свой член. Он был весь в моей крови и слизи которая вытекала из пещерки. Я не раздумывая, зажмурив глаза стала облизывать его. Я полностью взяла его в рот и там языком пыталась его облизать. Сестра легла возле моей пещерки и дядя помог ей правильно начать меня облизывать. Сколько это продолжалась я не помню, только очнулась я, когда, дядя, поставив меня с сестрой рядом, стал лихорадочно дергать рукой по своей письке. Из неё брызнул фонтан спермы, он залил нам с сестрой всё лицо и рот. И мы стали слизывать и глотать дядину сперму как могли. Дядя называл нас маленькими пташками, и похвалил за умелую работу, тем что стал целоваться с нами. Так мы и стояли втроем рядышком и целовались. Я уже не помню как уснула в эту ночь. Утром, когда я проснулась и открыла глаза, то увидела я лежу рядом с дядей. Моя голова лежит у него на плече, а моя левая нога переплелась с дядиной ногой. Сестра лежит с другого бока, а её голова покоится на груди дяди, между её ногами лежит другая дядина нога. Короче говоря нечто клубка переплетенных ног. Я улыбнулась от увиденного, но тут мой взгляд привлек дядин член. Он стоял напряженный и неподвижным. Я подползла к нем и сразу взяла его в рот. От прикосновения дядя проснулся, и сказал, что я умница, что так всегда надо делать, с тем кого любишь. Сестра тоже проснулась, потянулась, и уставилась на меня. Она сказала, что мы очень не плохо провели время, но сейчас надо в школу. Я разочарованно перестала сосать и стала одеваться. Но не тут-то было, дядя встал, и сказав, что он хочет сам нас одеть, принялся одевать трусики сестре и мне. Когда он это делал, то целовал нас в самую щелку. Особенно мне понравилось, когда дядя целовал внутреннею поверхность бедер. Он одел на нас юбочки и блузки. И только потом, хлопнув по попке отправил на кухню завтракать. Завтракали мы шумно, всё время мы хохотали и веселились, вспоминая, то, что было ночью. Дядя сказал, что есть ещё несколько способов достижения верха блаженств в сексе. И он покажет их сегодня. Мы удивились, ведь сегодня должна приехать тётя. Но дядя сказал, что тётя не плохая и, что он тоже может доставить массу приятных минут. На этом мы и порешили, и с сестрой пошли в школу. Вечером, когда мы пришли, тётя была уже дома. Она возилась на кухне, и поздоровавшись с нами поцеловала в щеку. Войдя к себе, мы увидели на кровати новые журналы с картинками и записка от дяди. В ней говорилось, чтоб мы ознакомились с ними, так как нам много предстоит познать сегодня вечером, когда мы будем по журналу изучать позы любви. Картинки в журнале были красочные. На одной из низ две женщины целовали друг друга, а их руки ласкали киски друг друга. На другой эти женщины уже лизали друг у друга. Мы листали журналы и чем больше мы смотрели, тем сильнее заводились, наконец я не выдержала и предложила сестре попробовать несколько поз из журнала. Сестра сказала, что она давно хочет уже этого, но боялась меня попросить об этом. Сестра села на кровать и задрала юбку. Беленькие трусики сестры ещё сильнее возбудили меня. Я оттянула их край, и опустившись подле неё, стала языком лизать её влагалище. Сестра застонала, а я почувствовала как соки сестры засочились внутри неё и выступают наружу. Их я и стала слизывать, к тому времени и моя киска тоже увлажнилась, и чтоб, как то успокоить себя, я принялась тереть там рукой. И тут к нам в комнату вошла тётя. Увидев нас она страшно заругалась, она сказала, чтоб мы сейчас же прекратили делать это. И пока не вернется дядя мы должны будем подвергнуться наказанию. Тётя заставила нас полностью раздеться, затем она принесла какие-то странные трусики, внутри них были усики, и когда мы одели их они принялись щекотать наши киски. Малейшее движение доставляла нам необычное наслаждение. Моя киска намокла и сок струился по ногам. Сестра была вся взмокшая от этого. Тётя проводила нас на кухню, и усадив за стол, продолжила приготовление ужина. Мы с сестрой млели на глазах. Маленькие груди сестры стояли торчком, и она украдкой время от времени терла их. У меня хотя груди только обозначились но тоже горели, но я сидела ближе к тёте и поэтому боялась их трогать. Наконец вернулся дядя, увидев нас в таком виде он улыбнулся, и приподняв халат сзади у тёти, показал, что и у тёти надето. Оказалась тётя носит такие же трусики, какие она надела на нас. И тут дядя с тётей объяснили нам, что эти трусики для возбуждения женщин, когда рядом нет мужчин. Надо только к ним немного привыкнуть. Мы все сели ужинать, я сидела рядом с дядей и сестрой, напротив меня сидела тётя. Мои бедра касались дядиных, и мне от этого становилось особенно хорошо. Наконец после ужина мы пошли в уже знакомую комнату. Там дядя разрешил нам снять эти трусики. Сначала он приказал сестре раздеть тётю, а я должна была раздеть дядю. Сестра скинула с тёти халат и мы увидели большие великолепные груди. Несмотря на вес они тоже стояли торчком. Тётя опустила голову сестры вниз, и сама стянула с себя трусики. И тут я увидела, что у тети очень чисто выбрито. Увидев, что мы с сестрой смотрим на её безволосую киску, тётя засмеялась. Это для того, чтоб лучше ласкать там. Ведь волосы мешают ласкам языком. А ведь это самое чувствительное место так приятно подолгу ласкать. Сестре тётя сказала, что ей тоже уже надо бриться, а мне можно повременить. Все эти разговоры, и вид обнаженный тёти, окончательно раззадорил нас. Я стала быстренько снимать дядины брюки. Его могучий член немедленно вылетел из тесноты брюк на волю, и встал в боевую готовность. Сестра уже лизала у тёти влагалище, когда я наконец раздела дядю. Дядин член болтался возле моего рта, и я его открыв полностью поглотила весь дядин жезл. Мне даже показалось, что он вошел куда-то в горло. Оказалось, что да, но дядя больше так не вставлял глубоко уже свой член. Он боялся, что я по не опытности задохнусь. Я сосала у дяди, а он пальчиками возбуждал мою киску. Сестра с тётей уже сидели рядом и руками старались побольше возбудить пещерки. Дядя поставил меня на четвереньки и встав сзади вошел в мою киску, которая давно уже сочилась. Он долбал меня с большой скоростью и поэтому оргазм пришел ко мне быстро. Я упала и застонала. Тётя подползла ко мне и стала слизывать, то что вытекала из моей пещерки. Сестра лежала на боку, видно, что тётя довела её до исступления. Дядя приказал ей встать раком. И раздвинув ей ноги сзади стал лизать ей попку и её анус. Нализавшись, он одним махом вошел в попку сестре. Сестра только охнула. На её глазах выступили слезы, и она закричала, что ей очень больно. Но тётя заставила меня подползти к сестре и начать ласкать языком у ней её киску. Сама она принялась ласкать у ней груди и целовать её в губы. Я расположилась под ногами сестры и увидела как член дяди то входит, то выходит из сестры. его яйца болтались перед моими глазами так близко, что я сначала облизала их. Затем я раздвинула языком щелку сестры и проникла внутрь. Там было жарко и мокро от слюны тети и соков, выделенных самой сестрой. Через стенки влагалища я чувствовала как ходит член дяди. Каждой клеткой своего тела я почувствовала как приятно сейчас сестре. Она уже перестала кричать и восхищенно стонала. Я почувствовала, что оргазм у сестры приближается. Она вся дрожала и сочилась, и дядя вытащив свой член всунул его во влагалище. Теперь я стала лизать одновременно и дядин член и киску сестры. наконец дядя задрожал и выпустил струю спермы внутрь сестры. Когда он вытащил член из сестры то из её влагалища стала струйкой стекать сперма перемешанная с соками сестры. я всё это слизывала. Затем мы лежали рядом, а тетя сосала у дяди. От этого у дяди опять проснулся зверь и встал. Увидев это тётя сказала, что теперь нам стоит попробовать следующую позу. Тетя стала раком меня она заставила расположиться перед ней так, чтоб она смогла ласкать меня своими губами и языком. Сестра встала над тетей и дядя смог начать ласки её киски с помощью рук и рта. Одновременно он ввел тёте в её киску своего петуха. Все движения были сосредоточены на том, чтоб заставить партнеру наибольшее удовольствие. Тётя так меня ласкала, что я в очередной раз почувствовала оргазм, и закричала. Тётя продолжала ласкать меня и после того, как я почти потеряла сознание. К этому времени дядя развернул сестру так, чтоб можно было ласкать её сзади. А она легла сверху на тётю и стала тереться своими грудями о её спину. Тётя начала тоже кричать, и приказала мне подползти к ней поближе. И уже в следующее мгновение всё изменилось теперь мы с сестрой стали ласкать тётю, а дядя продолжал трахать её в письку. Сестра ласкала тёти груди, теряясь своими грудями о них. Я целовалась с тётей и её язык был в моём рту, а мой язык обсасывала тётя. Дядя вытащил член, из него брызнула струя спермы которая залила всё вокруг. После этого мы попробовали ещё несколько поз. Всё новые ощущения посещали меня, всё новые познания в искусстве получения максимального наслаждения. Я перепробовала все виды и позы. Дядин член побывал у меня везде и вкус его спермы я очень хорошо запомнила. Моя попка особенно понравилась дяди. И он всегда после этого желал меня в неё. Удивительно, но и мене тоже понравилось это. Сестра больше всего любит когда они с тётей ласкают друг друга. Когда мене исполнилось двадцать меня всю намазали кремом и взбитыми сливками. И сделали что то в виде торта. Все перемазанные мы были довольны. И хотя мы с сестрой перепробовали и с другими мужчинами, и хоть тётя с дядей нас уже не держали, мы были свободны как птицы в полёте. Но всё равно мы настолько полюбили дядю с тётей, что не могли уже больше расстаться. Дядина сперма была бесплодной и поэтому мы не остерегались забеременеть. Но в конце концов мы взяли на воспитание мальчика из детского дома. Ему исполнилось едва один месяц. Каким он вырастет покажет время.

Сейчас читают:  Циркулярная пила Makita: особенности погружных и ручных, аккумуляторных, настольных и электрических циркулярок. Как выбрать дисковую пилу?

© 2022 – 2022 with by Me

Оставьте комментарий

Adblock
detector